В чём подозревают Бокаева

Одна из наиболее резонансных публикаций активиста вышла в сентябре: Бокаев заснял на видео, как под покровом ночи неизвестные вывозили гранитные плиты с набережной Большой Алматинки в цех по производству надгробий.

Помимо этого, он неоднократно сообщал о вырубке деревьев в городе — в том числе на территории рощи Баума.

По версии следствия, активист сам организовывал хищения имущества со строительных объектов и незаконную вырубку деревьев. Кроме того, он подозревается в «хищении финансовых средств в особо крупном размере путём мошенничества».

«Бокаев организовал и профинансировал преступления путём привлечения лиц с низким уровнем дохода, которым поручил вырубку и кражу за вознаграждение», — говорится в сообщении прокуратуры.

Попытка заставить замолчать?

Политолог Андрей Чеботарев выразил обеспокоенность в связи с задержанием и призвал разобраться в ситуации исключительно в соответствии с законом. По его словам, он лично участвовал в деятельности различных оппозиционных партий и движений и хорошо знает, что такое давление. 

«Поэтому, участвуя с 2019 года в консультативно-совещательных структурах при разных госорганах, всегда выступаю и по возможности продвигаю необходимость проведения цивилизованного диалога между разными участниками общественно-политической жизни страны, особенно между властью и оппозицией. Благо, что на сегодня действует большое количество площадок для проведения такого диалога.

В связи с этим выражаю обеспокоенность ситуацией вокруг моего друга, коллеги-политолога и общественного деятеля Санжара Бокаева и прошу компетентные органы разобраться в ней исключительно в соответствии с законом. Считаю, что такие люди, как он, заслуживают положительного признания и отношения», — написал он.

Депутат мажилиса, юрист Бакытжан Базарбек в комментарии Ulysmedia.kz призвал дождаться завершения следствия и не делать поспешных выводов. 

«У Санжара особая роль в обществе. Он поднимал актуальные проблемы, и благодаря его работе вскрывались преступления. Мы как-то с ним поддерживали связь, встречались два раза, я ему давал интервью. В любом случае, нужно дождаться завершения следствия. Сначала следует посмотреть на обвинительный акт прокуроров, а потом рассуждать. Не стоит делать поспешных выводов», — сказал он.

«Нахождение на госслужбе не является штампом»

Стоит отметить, что с 2012 по 2018 год Бокаев работал в государственных структурах: возглавлял Управление по вопросам молодёжной политики акимата Алматы, Управление внутренней политики, а затем занимал должность заместителя председателя Алматинского филиала партии «Нур Отан».

После задержания в сети появился ряд публикаций, где прошлое активиста обсуждалось в негативном ключе. Известный правозащитник, основатель КМБПЧ Евгений Жовтис заметил, что переход человека из власти в оппозицию и обратно — нормальная практика. 

«Только у нас считается, что государственный аппарат — это монолит, а оппозиция — это что-то снаружи. В нормальной демократической стране оппозиция приходит к власти, и действующая власть становится оппозицией, и наоборот. Это нормальный демократический процесс смены власти.

Зачастую оппозиция находится в правительстве, одновременно формируя коалицию. То, что человек раньше работал на государственной службе, никак его не характеризует ни хорошо, ни плохо. Это зависит от самого человека, а не от того, где он находился», — сказал он в разговоре с masa.media.

Жовтис подчеркнул, что при задержании человека, известного критикой власти, важно следить, чтобы расследование и суд проходили без политической мотивированности и не преследовали цель заставить его замолчать. 

«Я никогда не говорю, что правозащитники, журналисты, политическая оппозиция и другие общественные деятели по умолчанию не могли совершить правонарушения. Могли. Но в таких случаях важно, чтобы не было политической мотивации и чтобы процесс расследования и суда был справедливым.

Если человек виновен, он должен понести наказание. Если нет, или если за этим стоит политическая мотивация, её нужно исключать. Ключевой момент — обеспечение права на беспристрастный и справедливый судебный процесс, включая стадию расследования».

Правозащитник также обратил внимание на то, что режим тайны следствия оставляет публике лишь одну версию событий.

«Очень хотелось бы услышать версию самого господина Бокаева через его адвокатов. Хотя часто следствие требует от адвокатов подписку о неразглашении, что фактически засекречивает всю информацию о деле. Обвинения уже озвучены, поэтому важно услышать мнение самого Бокаева, а не только позицию прокуратуры», — сказал он.

В заключение Жовтис резюмировал, что развеять подозрения в политической мотивированности уголовного дела — задача государства. При справедливом расследовании все доказательства должны быть представлены, а права сторон — соблюдены.