Дело Гульнары Бажкеновой стало одним из самых резонансных процессов казахстанской журналистики: три статьи Уголовного кодекса, восемь эпизодов, сотни миллионов тенге и прогноз в 7-9 лет лишения свободы, который уже обсуждают в медиасообществе. Журналист Masa Media изучила материалы дела, ходатайства защиты и ход заседаний, чтобы разобраться, за что именно судят бывшего главного редактора Orda.kz.

Три статьи УК РК

Процесс ведет судья Елена Кван – она знакома казахстанскому медиасообществу по резонансному делу оппозиционного политика Жанболата Мамая. Бажкеновой предъявлено обвинение сразу по трем статьям Уголовного кодекса.

Статья 214 - незаконное предпринимательство

Следствие утверждает, что с 2018 года Бажкенова систематически покупала и продавала квартиры без регистрации предпринимательской деятельности - в перечень попало около десяти объектов, включая квартиру, где она живет с 2022 года, и жилье на Масанчи, где она провела 13 лет.

Сама журналист настаивает: реально она продала лишь пять квартир за один год и заплатила с этих сделок налоги.

Защита подала ходатайство о прекращении дела по этому эпизоду. Аргумент простой: продажа имущества, находившегося в собственности больше года, по закону не считается систематической предпринимательской деятельностью, а налог на прирост стоимости при таких сроках владения не взимается вовсе - значит, ущерба государству нет.

Статья 274 - распространение заведомо ложной информации

Самый тяжелый по резонансу эпизод - восемь публикаций Orda.kz, по пяти из которых у обвинения есть видеоматериалы. Три истории из этого списка выглядят особенно показательно.

Первая - про компанию «Саутс-Ойл» и месторождение «Кенлик»: в редакцию прислали видео, на котором отходы якобы сливались в почву без защитного покрытия. Компания опровергла обвинения, а полиция Мангистауской области возбудила по этому факту дело о загрязнении земли - и закрыла его спустя 12 дней за отсутствием состава.

Вторая - про бывшего чиновника Алмаса Омарханова, экс-топ-менеджера «Казахстан Темир Жолы»: в статье говорилось, что несколько предпринимателей взыскивают с него через суд крупные долги (135 и 86 млн тенге). По заявлению одного из них против Омарханова возбудили дело о мошенничестве - но и его закрыла прокуратура Алматы.

Третья - про топ-менеджмент «КазМунайГаз», якобы летавший на частных бизнес-джетах стоимостью до 100 тысяч долларов за перелет. Председатель правления компании Асхат Хасенов публично опроверг эту информацию, а экспертиза в мае 2026 года пришла к выводу, что публикация порочит деловую репутацию сотрудников компании.

При этом, по словам Бажкеновой, сразу несколько независимых филологических экспертиз по вменяемым публикациям заключили: материалы носят информационный характер и не содержат порочащих сведений.

84 миллиона тенге: за что еще судят Бажкенову

По словам Бажкеновой, 4 млн тенге за школу сына она оплатила через счет «Орды» лишь потому, что все ее личные счета были арестованы за два дня до дедлайна оплаты. А 80 млн тенге зарплатного фонда - это личные деньги, которые она с августа 2025 года ежемесячно вносила наличными, чтобы не допустить задержек зарплаты журналистам.

«Это не по-мужски - сначала арестовать счет, а потом предъявлять, что ты заплатила» - Гульнара Бажкенова, в суде

Дело, которое закрыли через три дня после экспертизы

Самое громкое заявление Бажкеновой в суде - о фальсификации учредительных документов компании. По ее словам, при регистрации в 2020 году ей принадлежал 51% доли, но позже в документах появилась версия, будто изначально она владела 100% и якобы не расплатилась за выкуп доли партнера. Речь о четырех документах, как утверждает журналист, с поддельными подписями.

После того, как следствию предоставили образцы, экспертиза подтвердила: подписи подделаны. Но уже через три дня после получения результатов - 24 декабря 2025 года - уголовное дело о подделке внезапно закрыли, а сторону защиты об этом даже не уведомили.

   - Меня допрашивали всего 2 раза за все время, по 15 минут - сейчас пытать человека не нужно, просто существует дело, они берут факты по нему и работают, - сообщила Гульнара Бажкенова представителям СМИ

«Это скажется крайне плачевно»: судья пригрозила КПЗ

После обеденного перерыва прокурор пожаловался судье, что Бажкенова активно пользуется телефоном и общается с журналистами при выходе с зала суда. Судья Елена Кван отреагировала жестко: если выяснится, что подсудимая размещала что-либо в соцсетях вопреки условиям домашнего ареста, ее могут перевести в изолятор временного содержания. Судья добавила, что лично не раз видела Бажкенову с телефоном в руках прямо в здании суда.

При этом общаться с прессой ей никто не запрещал: после заседаний Бажкенова проводила брифинги для журналистов, а в обеденный перерыв могла свободно перемещаться по городу - правда, с электронным GPS-браслетом на ноге.

Отдельный эпизод произошёл уже во время общения Бажкеновой с журналистами. Отвечая на вопросы прессы, она пригрозила подать в суд на все издания, которые будут распространять о ней недостоверную информацию.

В качестве примера такой  дезинформации она привела недавнюю новость, растиражированную в СМИ: якобы в ходе обыска у неё дома были найдены разрисованные фотографии политиков, а сама она причастна к чёрной магии. Бажкенова назвала эту публикацию ложью и заявила, что намерена добиваться привлечения к ответственности тех, кто её распространяет.

Цирк, а не суд: как выглядел процесс изнутри

Помимо самой сути обвинений, первое заседание запомнилось наблюдателям организационным хаосом. Один из потерпевших, Амирханов, на начало заседания в зале отсутствовал - его интересы позже, с опозданием, представлял пришедший вместо него представитель. В целом сами потерпевшие и их представители, судя по всему, оказались не особо готовы к формальностям судебного процесса: в какой-то момент один из них прямо во время заседания спросил у судьи, можно ли отлучиться в уборную.

Зал суда оказался настолько маленьким, что пускать в него решили только потерпевших и их представителей - всего там находилось 9 человек, с учетом опоздавшего представителя Амирханова. Больше никого внутрь не пустили.

Зато представителям международных общественных организаций и посольств, приехавшим понаблюдать за процессом, выделили отдельное просторное помещение - куда более просторное, чем то, где разместили репортеров. 

Речь государственного обвинителя длилась почти полтора часа - прокурор несколько раз повторял одни и те же тезисы. В какой-то момент он обратился к судье с просьбой прервать выступление самой Бажкеновой, заявив, что она говорит не по существу дела. Судья Елена Кван в этом обвинителю отказала, однако призвала подсудимую к уважению по отношению к присутствующим в зале.

Отдельно свою оценку происходящему дала адвокат Ольга Ким, заявившая, что следствие, по ее мнению, подошло к рассмотрению дела Бажкеновой недостаточно ответственно.

Дополнительный штрих ко всей этой картине - техническое качество трансляции. Звук и изображение в зале суда были настолько плохими, что разобрать, кто, есть кто среди присутствующих, оказалось практически невозможно. Саму Бажкенову без труда узнавали, конечно же все, ее лицо и голос хорошо знакомы аудитории, но остальные участники заседания - от потерпевших до их представителей - сливались в почти неразличимую массу.

Прогноз: от 7 до 9 лет с отсрочкой

Журналисты на процессе делились мнением, что приговор Гульнаре Бажкеновой может составить от 7 до 9 лет лишения свободы - этот срок еще в ходе следствия называл ее адвокат. При этом есть основания полагать, что суд применит отсрочку реального отбывания наказания - вплоть до совершеннолетия ее сына, что предусмотрено казахстанским законодательством для родителей-одиночек.

Сама Бажкенова, судя по ее поведению и настрою в зале суда, к такому исходу, похоже, внутренне готова - во всяком случае, паники или подавленности у нее не наблюдалось.